Don Juan
My own dream is lofty, simple thing:
To seize the oar, put feet into the stirrups,
And to deceive the time, that slow tries to stir us,
By kissing lips, forever new and pink;
When getting old, to keep the law of Christ,
Cast down looks, put on sackcloth and ashes,
Put on the chest, as heavy obligations,
The iron Cross, that He died on for us.
And only when, amidst the orgy’s madness,
I get my senses — a sleepwalker aimless,
Just frightened in the silence of his ways —
Then I recall: the worst of many others —
I had no children from a woman in my years
And never called a man a brother.
Дон-Жуан
Моя мечта надменна и проста:
Схватить весло, поставить ногу в стремя
И обмануть медлительное время,
Всегда лобзая новые уста.
А в старости принять завет Христа,
Потупить взор, посыпать пеплом темя
И взять на грудь спасающее бремя
Тяжелого железного креста!
И лишь когда средь оргии победной
Я вдруг опомнюсь, как лунатик бледный,
Испуганный в тиши своих путей,
Я вспоминаю, что, ненужный атом,
Я не имел от женщины детей
И никогда не звал мужчину братом.
Система Orphus